?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Как мы уже замечали, в суверенно-демократической жырафии основные гоголевские произведения не ко двору. "Мертвые души", "Ревизор", "Нос", "Записки сумасшедшего" и т.д. в эпоху "Сахарного Кремля" звучат крамольно и экстремистски. Но ничего - пушкинскую "Сказку о попе" уже запрещают, доедет это колесо и до Гоголя...

Но все же пока по инерции он числится среди "великих писателей", его 200-летие решили отметить киноримейком "Тараса Бульбы", превратив эту неоднозначную и психологическую (как и все у Гоголя) повесть в плоскую поцреотическую агитку. Увы, режиссер Владимир Бортко, похоже, окончательно деградировал - даже не верится, что именно он когда-то совершенно гениально поставил "Собачье сердце" - а вот теперь сам прислуживает власти как т.Шариков...

Печально и за великого актера Богдана Ступку. Его гетман Мазепа в недавнем украинском фильме (запрещенном в жырафии) - куда более мощная и многомерная личность, чем Тарас Бульба, вещающий плакатными лозунгами. Но такова уж судьба актера - роли (особенно высокооплачиваемые) там значат больше, чем собственные мысли. Что ж, древние греки были правы и в том, что никогда не возводили актеров в ранг "голоса нации"...

В целом этот фильм выглядит как острая шпилька независимой Украине. Похоже, "антиоранжизм" уже превратился в жырафии в навязчивую паранойю! Запорожские козаки - при сохранении их чубато-усатого имиджа - говорят исключительно по-русски, а столица русских, вестимо, Москва. Киев же продался "клятым ляхам", которые в буквальном смысле слова ездят на православных...

И еще до кучи к этому ужжосу - "враги сожгли родную хату, убили всю его семью". Сценаристы придумали и ввели в фильм гибель жены Тараса и матери его сыновей (вечноплачущей Ады Роговцевой) "от набега ляхов". Хотя у Гоголя этого нет! Но жырафские поцреоты "дописали" классика - дабы создать у зрителя праведное негодование. И вот запорожцы отправляются мстить...

Фильм внешне хоть и цветной, но внутренне поразительно черно-белый. Нам-то наивно казалось, что за более, чем столетнюю историю киноискусства оно научилось изображать сложную неоднозначность человеческих характеров - даже в батальных сценах. А тут - все просто как в советских фильмах "про войну". Козаки - однозначно герои, а вот поляки - все до единого! - жестокие варвары, практикующие зверские пытки. А их шляхтич - даже расист: говорит про козаков, что "они не люди", а сам чуть не убивает новорожденного младенца (хорошо хоть не ест)...

Есть, правда, и комические персонажи. Как бывший д'Артаньян, а ныне едрос Михаил Боярский воюет за "православную Русь"...

Вообще, они там все воюют и пафосно гибнут с воплем "за русскую землю" - хотя вторглись в чужую страну и осаждают польский город. Но в поцреотическом угаре зритель уже не должен этого замечать... А в финале Тарас, которого польские фошшысты сжигают, пророчит с костра длинную карающую длань "русского царя". "Православие распространяется по трубам Газпрома" (с), ага...

Единственный, кто удивил и порадовал, да и вообще - сохраняет в этом поцреотическом исступлении живые человеческие чувства - это "предатель" Андрий. Точнее - исполнитель его роли Игорь Петренко, защищающий своего героя: А то, что он говорит своей возлюбленной: «Ты моя отчизна»… он не перешел на сторону поляков. Он не за поляков бьется — он сражается за свою любовь. Он увидел в ней смысл своей жизни и готов защищать ее не важно от кого. Если проводить уж совсем сложную аналогию для того, чтобы оправдать все его поступки, его возлюбленная — это его Ева.

И совсем уж антипоцреотское его признание: Даже скажу больше. Если бы мы с моей женой Екатериной Климовой и нашими детьми жили на острове, и на наш остров кто-нибудь напал, даже такое крупное государство, как Россия, я бы пошел воевать с Россией. Потому что Катя для меня самое главное. Журналистка "Комсомолки" аж опешила: Страшные вещи вы говорите, Игорь...

А все же фильм полезный - ибо, быть может и помимо воли аффтаров, ставит вечный экзистенциальный выбор: или любовь, которая превыше всех границ - или поцреотизм, заквашенный на сплошной ненависти...



Еще одна фотка - и вспомнившееся по такому случаю стихотворение.

Андрий в польских доспехах. Прям-таки Ахиллес! =)



Алексей Широпаев

Предать "Родину"

Когда играет клевер скверны
В глазах ЧК и бизнесменов,
Зачтется всякому, как верность,
Великой Родине измена.

Оттуда, где великий Космос
На Хаос сходит постепенно,
Благословил меня Пеньковский
На абсолютную измену.

Я изменяю не березам –
Я изменяю мирозданью.
И ухожу, от счастья розов,
На сумасшедшее заданье.

Я предаю вас по квадратам,
В надежде, что миры иные
На вас нашлют немирный атом
И дуновения чумные.

Меня не вытянуть из тени
Холопам плоского фашизма –
Я вне Закона, вне Системы,
Вне Мироздания, вне Жизни.

И против вас с другого света
Я вновь работаю – бесплатно! –
Потустороннего Тибета
Новопреставленный махатма.

2004



P.S. Кстати, про Польшу, раз уж на то пошло... =) Любезная aneta_spb, ты как-то обещала помочь перевести мое интервью журналу Dziennik. Ежли найдешь время в славных новгородских лесах - буду вельми признателен!

Comments

ustym_ladenko
Apr. 6th, 2009 09:06 am (UTC)
ОК, что-то придумаю...трейлер уже есть:
– Я угощаю вас, мужики, – also sprache Картошкин, – не в честь того, что вы назначили меня своим большаком, как ни велико подобное доверие; не в честь также прощанья с нашими товарищами, замученными озверелой бандернёй и злыми чеченами – нет, в другое время прилично было бы сие; не такая теперь перед нами минута. Перед нами дела великого поту, великой доблести! Итак, выпьем, товарищи, разом выпьем поперёд всего за Расеюшку: чтобы пришло наконец такое времечко, чтобы по всему светушку разошлась и везде была бы одна Расея, и все, сколько ни есть, нацменов – все бы сделались русскими! А что нонче за Расея без нашей Дамбы? выпьем же и за неё, за кровью и потом политую чудо-стройку нового века, нового тысячелетия! Да за одним уже разом выпьем и за Новофофудьинскую фабрику, чтобы долго она стояла на погибель всему нерусскому, чтобы с каждым годом выходили из неё фофудьи одна другой лучше, одна другой краше. Да уж канешно выпьем и за нашу собственную фофудью, чтобы сказали внуки и правнуки, что были когда-то такие малаццы, которые не посрамили дамбостроевского товарищества и не выдали фофудьи на поругание. За Расею, мужики, за Дамбу, за фофудью!
– За Расею! – загомонили все, стоявшие в ближних рядах, густыми голосами.
– За Расею! – подхватили дальние; и всё, что ни было, и старое и молодое, выпило за Расею.
– За Дамбу! Дамбу!! Дамбу!!! – послышалось со всех сторон, как только первые стаканы были осушены, и теперь мужики хором выпили за Дамбу.
– За фофудью! – провозгласил большак и высоко поднял над головою руку с портретом Путина.
– За фофудью! – отдалося густо в передних рядах. – За фофудью! – сказали тихо старые пни, тряся пышными седыми бородами; и, встрепенувшись, как выхухоль, повторили молодые: – За фофудью!
И слышало далече поле, как славили мужики свою фофудью.
– Теперь последний глоток, товарищи – за Маскву и за все берёзки, какие растут на белом свете!
И все до последнего мужики выпили последний глоток «Столичной» за Маскву и берёзки, какие ни есть на свете. И долго ещё повторялось по всем рядам промеж ними:
– За все берёзки, какие ни есть на свете!
Уже пусто было в бутылках, а всё ещё стояли мужики, поднявши руки с трёхцветными российскими флажками… Стояли недвижно, подобно известной статуе рабочего и колхозницы. А когда народ уже начал расходиться, сливоносый и краснощёкий деревенский поп Никифор, он же местный парторг и Дед Мороз по совместительству, вдруг недовольно заметил:
– Эх, мужички-сотоварищи, не так надобно! Вот, помнится, люди сказывали, что старец Евлампий во Фофудье, святец соловецкий, когда-то проповедовал, что, мол, за каждую берёзку надо по отдельности выпить, помянуть, значит… И токмо это случится, так сразу сбудется древнее пророчество – сойдут с небес на грешную землю нашу русские чудо-богатыри во главе с небесным товарищем Лениным и намнут бока всей богопротивной неруси. Вот тогда-то и воцарится наша Расеюшка в планетарной масштабе… Не так надобно, братишки!..
Но не слышали мужики слов Никифора – изрядно окосели они после пьянки и уже укладывались понемногу на боковую. Да и «Столичная» с первачом закончились, а гонцов уже поздно было посылать за подкреплением. Видно, не пришло ещё времечко оное, видать, не на нашем веку…