?

Log in

No account? Create an account

May 20th, 2013

Контраста особо нет

Говорят, по возвращении из Америки у людей наступает дикая ломка - от контраста с любимой родиной. А вот я его почти не почувствовал...

Про почти. Первые минуты в Домодедово сразу дали знать о том, куда попал. С нами на борту летели немцы и итальянцы - с некоторыми из них в полете легко нашли общий язык. И все вместе подошли к стойке паспортного контроля. У них тоже пока складывалось впечатление о России как о цивилизованной стране. Но тут вдруг на ту же стойку направили рейс Баку-Москва. И хотя он прилетел позже нас, его характерные пассажиры принялись буквально расталкивать нас локтями в очереди к пограничнику. Первый раз за всю поездку пришлось применить физическое сдерживание. Даже в черных кварталах Сент-Луиса чувствуешь себя более безопасно!

Но это мимолетная деталь. Главное - с кем ты сразу общаешься по приезду. А любезно встретивший и проводивший меня на поезд древний камрад shiropaev по дресс-коду, да и по взглядам - вылитый республиканец из Иллинойса! =)

На фотке я несколько охреневший от перелета Сент-Луис - Чикаго - Франкфурт - Москва. С короткими стыковками и резким прибавлением времени - из Сент-Луиса улетели в субботу в 13:30, в Москве приземлились в воскресенье в 16:30.

moscow


Затем и в поезде не заметил резких контрастов с Америкой. Все чисто, проводницы вежливые, а карельские земляки и мурманские соседи также делятся впечатлениями о зарубежных вояжах. Кто-то из Таиланда, кто-то из Праги... К сожалению, из Мурманска и Онегаборга прямых рейсов туда пока нет - в ымперии все делается через Москву.

Но в мое отсутствие "Свободная Карелия" поучаствовала в паре митингов. И прикид тоже неотличим от вашингтонского. =)

meeting
У Гундяева и Чаплина бороды меньше! =)



Камрад oubique, спасибо за клип!

Печальный синхрон



Умер Алексей Балабанов

Tags:

Душевная эпитафия - добавить нечего...

Попробуйте представить, кем стал Данила Багров в 2013-м — депутатом, общественным бизнесменом, героем Болотной? Скорее всего, он лежит в могиле.

Все фильмы Балабанова так или иначе имеют дело с судьбой, с Роком в античном понимании: хотя Балабанов неоднократно говорил в интервью о своем православии, его кино — совершенно дохристианское, тут правят слепые силы, которые неизбежно приводят к трагической развязке; и герой становится героем не потому, что ему удается преодолеть судьбу — а потому, что он смотрит в ее глаза с невозмутимым весельем.